Я уже передал ей список имен тех сотрудников, с кем бы я хотел переговорить уже сегодня. Открытую встречу я считаю на этом завершенной, поэтому прошу вас в соответствии со списком почтить меня своим визитом, чтобы мы могли переговорить более обстоятельно по каждому существенному аспекту. Тем более что, претендуя на эту должность, я обзавелся некоторыми идеями по усовершенствованию нашей работы. Нам с вами будет что обсудить. Все мы стремимся к лидерству в бизнесе, не так ли? – Обратившись к Аллену Тейлору, Таннер, проникновенно добавил: – Я сделаю все от меня зависящее на этом посту, сэр.

Раздались аплодисменты.

Шум негативно подействовал на состояние Анны. У нее разболелась голова. Она невольно надавила на виски, ее лицо исказило страдание.

Она обязана была отсидеться дома, коллеги и подчиненные не поблагодарят ее за щедро рассеиваемые бациллы, ведь все они не менее ее озабочены своим здоровьем.

Настроение женщины оставляло желать лучшего.

Она связалась с отделом кадров и попросила секретаря соединить ее с Терезой.

– Ее вызвал мистер Форсайт, – объявила секретарь.

– Не могли бы вы попросить ее связаться со мной, когда она освободится? – сказала Анна и получила положительный ответ.

Она вернулась к работе и просмотрела свои сообщения. Некоторые из них пришли с восточного побережья, где рабочий день был в разгаре. Ими-то она и занялась в первую очередь.

Анна Ларкин явилась тотчас по вызову. Подойдя к рабочему столу Элли Снодграсс, она проговорила:

– Мистер Форсайт вызывал меня.

Анна пришла не с пустыми руками, а с папкой планов, которые до наступления выходных обсуждала с Томасом Вентнером, который в это самое время директорствовал в брюссельском офисе компании и так же, как и мистер Тейлор, намеревался выйти на пенсию. Свою отставку он запланировал на декабрь текущего года, и именно с этим долгожданным событием Анна связывала свои надежды на карьерный рост.